Но Эйслинн оставалась невозмутимой и взирала на мучителя со спокойным вызовом, отчего тот приходил в бешенство. Другие пресмыкались бы перед ним и просили пощады. Но эта девушка держалась с несомненным превосходством. Интересно, есть ли предел ее хладнокровию и силе воли? Ничего, он выяснит это еще до рассвета.
Де Марте нашел девушку с ее матерью, леди Майдой, в зале, когда вместе со своими людьми разбил тяжелую дверь и ворвался внутрь. У женщин был такой вид, словно они приготовились выстоять против всего норманнского войска. Сам Рагнор, с окровавленным мечом наготове, остановился на пороге, пока его люди рыскали по залу в поисках оставшихся воинов. Не обнаружив никого, кроме этих двоих и рычавших, ощерившихся псов, они опустили оружие. Собак усмирили несколькими ловкими пинками и ударами и привязали в углу. Женщин ждала куда худшая участь.
Кузен Рагнора, Вашель де Комте, шагнул к девушке с явным намерением предъявить на нее права. Но тут ему под ноги бросилась Майда. Вашель пытался оттолкнуть немолодую женщину. Ее хищно скрюченные пальцы безошибочно нащупали его короткий кинжал, и она успела бы выдернуть клинок из ножен, но Вашель вовремя предупредил ее порыв и ударом закованного в латную рукавицу кулака свалил несчастную на пол. Эйслинн с криком метнулась к матери, и прежде чем Вашель добрался до девушки, Рагнор встал между ними и сдернул у нее с головы тонкую сетку. Сияющая копна медных волос вырвалась на волю. Норманнский рыцарь запустил руки в густые пряди и рывком заставил Эйслинн подняться, а потом, протащив по полу, бросил в кресло и привязал ее руки и ноги к тяжелым деревянным ножкам и подлокотникам.